Статья

И.Солоневич о генералитете как ударной силе Февраля

На протяжении 75 лет пореволюционной истории России события февраля-марта 1917 года оставались как бы в тени «Великого Октября». Советские историки представляли «вторую русскую революцию» довольно сумбурно и неправдоподобно: рабочий люд вышел на улицы Петрограда с криками «Хлеба!» и слабовольный монарх отрекся от престола. Все очень просто и совершенно непонятно.

Несмотря на то, что в последние 25 лет Февралю уделено несравнимо большее внимание профессиональных, полупрофессиональных и совсем непрофессиональных историков, разобравших ход «бескровной» буквально по дням, часам и чуть ли не минутам, по действующим лицам, городам и весям, по тому, кто, что и когда делал или не делал, за пределами исследований, как правило, остается, быть может, более важный вопрос: «Почему?» Каковы причины того, что генерал-адъютанты Императора и политики, искренне уверенные в монархичности своих взглядов, совершили именно антимонархический переворот? Являются ли заявленные ими причины истинными, а истинные – осознанными?

О русском христолюбивом воинстве

В этом номере мы републикуем статью известного эмигрантского литератора и публициста Григория Месняева, посвященную нравственному облику воинов Русской Императорской Армии.

14 июля 1904 года Высочайше был утвержден «Наказ русской армии о законах и обычаях сухопутной войны». В этом наказе, в той части, в которой он касался солдат, в частности, были такие пункты:

«2. Рази врага в честном бою. Безоружного врага, просящего пощады, не бей.

3. Уважай чужую веру и ее храмы.

4. Мирных жителей неприятельского края не обижай, их имущества сам не порти и не отымай, да и товарищей удерживай от этого. Жестокость с обывателями только увеличивает число наших недругов. Помни, что солдат – Христов и Государев воин, а потому и должен поступать как христолюбивый воин.

5. Когда окончилось сражение, раненого жалей и старайся по мере сил помочь ему, не разбирая – свой ли он или неприятельский. Раненый уже не враг твой.

6. С пленными обращайся человеколюбиво: не издевайся над его верою, не притесняй пленного и не трогай его имущества».

А как этот наказ преломлялся в жизни, на полях сражений, красноречиво говорит нижеследующее письмо, адресованное русской армии японцами. По-русски оно гласит:

Образовательные системы: имперская, советская и федеральная

(Продолжение. Начало в № 94)

Высшее образование

Аналогично с гимназическим, развивалась система российского высшего образования. На рубеже XIX-XX веков в Российской Империи обучалось чуть больше 40 тыс. студентов. В Германии, лидировавшей тогда в Европе, в 1903 году в университетах училось 40,8 тыс. человек, в высших технических учебных заведениях – 12,2 тыс., в специальных академиях – 3,9 тыс. На всех «факультетах» Франции в 1906 году училось 35,7 тыс. студентов, еще 5-6 тыс. обучалось в специальных учебных заведениях других ведомств и католических институтах. В университетах Великобритании в 1900-1901 годах училось около 20 тыс. человек, в учительских колледжах (training colleges в Англии и Уэльсе и colleges of education в Шотландии) – 5 тыс. Из этих данных видно, что система российского высшего образования по абсолютным показателям была сопоставима с системами других ведущих европейских стран. При этом российская система развивалась значительно быстрее. Между 1906 и 1914 годом имел место беспрецедентный рост. В итоге к началу I Мировой войны российская система высшего образования сравнялась с ведущими европейскими и по соотношению численности студентов к населению страны.

Число студентов высших учебных заведений на 10 тыс. жителей:

1899-1903 годы: Россия – 3,5, Англия – 6, Германия – 8, Франция – 9;

1911-1914 годы: Россия – 8, Англия – 8, Германия – 11, Франция – 12.

Из начал монархической государственности

«В начале было Слово» (Ин. 1, 1). Именно с этих первых слов Евангелия от Иоанна мы, как это не покажется некоторым странным, позволим себе обратиться к теме монархической государственности, ее задач и преимуществ.

Как известно, человек, в отличие от всех остальных земных существ, обладает уникальным речевым аппаратом, позволяющим образовывать относительно большое количество разных звуков. Различное сочетание звуков, в свою очередь, обусловливает возможность создания десятков и даже сотен тысяч (совокупно в разных языках) слов, обладающих каждое своим отдельным и даже несколькими значениями. Соответственно уровень абстрактного мышления человека достигает высшей степени символизации.

Великий Князь Владимир Кириллович о посткоммунистической России

Исполняется четверть века с того исторического момента, когда Глава Дома Романовых Великий Князь Владимир Кириллович первый и единственный раз посетил Родину, служению которой он отдал всю свою жизнь.

Он возглавлял Династию почти 54 года – дольше, что царствовал кто-либо из его Венценосных предков. И все это время Государь представлял подлинную, историческую Россию в изгнании, и думал о судьбах нашей страны после освобождения отбольшевицкого гнета, веру в которое он пронес сквозь все годы изгнания. Интересно проанализировать то, каким Великий Князь видел будущее посткоммунистической России, какие надежды от испытывал и чего опасался.

Заметки на полях современности

Vox populi

Известное латинское изречение Vox populi – vox Dei (Глас народа – глас Божий) некоторыми считается чуть ли не доказательством, что издревле народное волеизъявление почиталось как отражение Божественной воли. То, что изречение на латыни – понимается так, что это историческая позиция Церкви (как минимум, ее Западной части, исторически использовавшей в качестве литургического языка латынь).

Между тем, Священное Предание не сохранило никаких следов учения Церкви о демократии. Все дошедшие до нас толкования повествуют о государственной власти как власти Царской – земном подобии Небесного Вседержительства Господа.

Некое богословие демократии было сформировано протестантскими деноминациями, которые сами по себе к Церкви Христовой не принадлежат и, разумеется, на хранимое Церковью Предание никак не опираются. Попытки «адаптировать» протестантские наработки, предпринимавшиеся «православными» обновленцами, сколько-нибудь серьезными и успешными признать нельзя.

О монархистах-непредрешенцах

В разделе «Русская публицистика» в этом номере мы воспроизводим (с незначительными сокращениями) статью Р. Михневича, посвященную непредрешенцам. Этот материал сохраняет определенную актуальность и сегодня, в т.ч. в связи с существованием монархистов, «принципиально» уклоняющихся от какой-либо активной работы.

Может быть, кому-нибудь покажется и странным, что в нашем российском зарубежном мире существуют «борцы» за свою идею, не предрешающие ее победы, но, к величайшему сожалению, мы, пусть не особенно часто, все же встречаем их в нашей жизни.

Кто они? «Борцы», – отвечают нам сами. Они говорят нам, что они монархисты, но в то же время они и непредрешенцы. Как могут такие «борцы» за свою идею совмещать в себе эти два противоположных стремления, мы не знаем. Оставим же на их совести их кредо, может быть, настанет время, когда они поймут трагизм своего положения и откажутся либо от монархизма, либо от непредрешенчества.

Члены известных политических партий исповедуют свои идеи совершенно открыто, не прикрываясь фиговыми листочками непредрешенчества. Эсеры, эсдеки, монархисты прямо говорят о своих целях, которые они преследуют в борьбе за Россию. Но монархисты-непредрешенцы предоставляют решение судьбы своей Родины определить «воле народа» – этому общему, затасканному и туманному судье.

Образовательные системы: имперская, советская и федеральная

До сих пор идейные и духовные наследники как либералов-февралистов, так и большевиков неустанно тиражируют мифы об «отсталой и неграмотной» Царской России. Не лишним будет еще раз напомнить, как обстояли дела с этим вопросом на самом деле.

Доступность образования

Россия на протяжении всего Императорского периода истории имела одну из наиболее «прогрессивных», в смысле доступности для представителей низших сословий, систем образования.

В 1727 году в «цифирных школах» состояло 45% детей из духовного звания, 20% солдатских детей, 18% приказных, 4,5% посадских и только 2,5% — боярских и дворянских детей. Большинство учеников «главных училищ» при Екатерине II также были детьми купцов, мещан и солдат.

До 1848 года устройство наших университетов было исключительно демократичное. Двери их были открыты всякому, кто мог выдержать экзамен и не был ни крепостным, ни крестьянином, не уволенным своей общиной.

Великая Княгиня Мария Владимировна: Манипуляции с прошлым дорого обходятся

Глава Российского Императорского Дома Е.И.В. Государыня Великая Княгиня Мария Владимировна благоволила ответить на вопросы редактора газеты «Монархист» Михаила Кулыбина.

Историческая наука долгое время считалась одной из второстепенных гуманитарных дисциплин, представляющих интерес для узкого круга специалистов. События последнего времени со всей очевидностью свидетельствуют, что история, ее интерпретация и, шире, коллективная национальная память играют важнейшую роль в самосознании народа. Ваше Императорское Высочество, какой Вы видите роль исторической науки в деле возрождения России?

– Пренебрежение к изучению истории прошлого всегда влечет за собой печальные последствия. Ведь прошлое – это не просто набор фактов, а богатейший опыт – и положительный, и отрицательный. Без его исследования невозможно принимать правильные решения в настоящем и прогнозировать варианты развития в будущем.

О «советской жизни» и «советских людях»

Публикуем отрывок из мемуаров бывшего лейтенанта Российского Императорского флота Бориса Бьёркелунда, который в 1945-1955 годах провел 10 лет в советских лагерях.

Мое пребывание на различных лагпунктах имело характер «гастролирования», что объясняется относительно короткими сроками пребывания на них и отсутствием в моей жизни контакта с массой, населяющей эти лагпункты… Только на 043-м я понял, как нужно жить и действовать в лагере, чтобы создать себе сносное существование, не дать себя затоптать и не погибнуть где-нибудь в лагерной больнице.

Мне потребовалось пройти через 4 следствия и провести 3 года в различных следственных тюрьмах, чтобы понять методы работы советской политической юстиции. У читающего эти строки может создаться невыгодное представление о моей сообразительности, но мне кажется, что здесь легко найти оправдывающие меня обстоятельства. Надо помнить, что советская политическая юстиция осуществляла закон на основании народной поговорки, гласящей: «Закон, что дышло – куда повернул, туда и вышло», и многие, очень многие, пробыв в заключении дольше меня, и даже в несколько раз, решительно ничего не поняли и не усвоили. Трудность при усвоении этого понимания объясняется, между прочим, разностью значения, вкладываемого в одни и те же слова.

RSS-материал